Горячие новости

Жернова тирании

Сны господина де МольераМягкие лучи света пронзают темноту сцены, появляются актеры в масках, рефреном звучит французская речь, зрители Ленкома перемещаются во времени и пространстве. Сейчас эпоха Людовика четырнадцатого, в Пале Рояль идёт представление, играет сам Мольер.

 

За основу своей новой работы «Сны господина де Мольера...», Павел Сафонов взял пьесу Михаила Булгакова «Кабала Святош». История о победе тоталитаризма и мракобесия над искусством, сегодня как никогда актуальна. Кажется, текст написан буквально вчера, а тема уничтожения художника, в нынешних реалиях крайне близка театральной общественности.

 

Спектакль решен в черно-серой-белой гамме, что сразу создает гнетущую атмосферу. Отсутствие ярких красок лишает самого ощущения жизни. То ли сон, то ли явь, укутанная прозрачным туманом, лишенная цвета, монохромная ожившая фотография. Существование в таком мире, подобно тюрьме. Мольер и его труппа изначально заточены, они словно похоронены в каменном гробу своего театра, последнего оплота, где человек волен быть свободным. Впрочем, нет ничего эфемернее ощущения вольности в тоталитарном государстве.

 

Когда по сцене идёт король, лучи света падают на его серебренную мантию, заливая всё вокруг сиянием. Зал буквально слепнет от блеска, параллельно Людовику, в так его шагам, медленно катится огромный круглый стол с зеркальной поверхность, отражающей мягкие лучи точно направленных прожекторов. Художник во свету, Сергей Виноградов – мастер своего дела, этим приемом он подтверждает и прозвище Людовика: Король – Солнце и его уникальность в мире спектакля. Подобно сияющей звезде, от которой зависит существование планет, он правит тысячами людей в своем государстве.


Виктор Вержбицкий (исполняющий роль короля) двигается очень плавно и медленно. Покачиваясь он опирается на тонкую трость, перед глазами мелькают сотни исторических фильмов, в которых именно так передвигались степенные монархи. Голос его звучит всегда крайне спокойно и сдержано, он не находит для себя возможным раздражаться, даже когда ситуация выходит из-под контроля. Достоинство не позволяет быть излишне эмоциональным, король «Солнце», холоден, как лёд. Его сияющие белоснежные одежды дополняют образ чего-то недоступного, нереального для серого пыльного мира.

 

Здесь чистый белый цвет, еще и цвет власти, свободы. Когда раздавленный обстоятельствами и практически загнанный в угол Мольер в отчаянье срывает скатерть с королевского стола, он пытается ни только укрыться и спрятаться. Это неосознанный жест, надеть на себя что-то, что даст ощущение свободы, недосягаемости для обидчиков, стать «белым», стать одним «из них» и спастись. Спасти театр, пьесы, близких, себя. Примерить власть, доступную лишь королю и отчасти кардиналу.

 

Женщины, окружающие Мольера, кажутся диаметральными противоположностями, легкая, взрывная Арманда, которую играет Александра Виноградова, выглядит юной взбалмошной девочкой, обделенной талантом. Она суетится, красуется и всячески раздражает всех, кроме смотрящего на неё с какой-то, почти отческой теплотой, Мольера.

 

Между первым и вторым действием пролетят годы, Арманда вырастет и превратится во взрослую обольстительную женщину. Степенные движения, игривая улыбка и кошачья пластика придут на смену ломким подростковым жестам.
Но она ни на йоту не приблизится к теплой, мягкой манящей Мадлене. Анна Большова двигается бесшумно, практически порхая. Бронзовые волосы, собранные в высокую прическу и вишневые глаза, притягивают взгляды, при этом она словно излучает надежность, мудрость и уют.


Когда Мадлена появляется на сцене в первый раз, создается впечатление, что это лишь немного взволнованная красивая женщина, которая теряет возлюбленного. Порой, кажется она просто захвачена ревностью, и не может вынести молодой соперницы, но с каждым словом, с каждым жестом начинает нагнетаться напряжение.

 

Анна не торопится, она даёт возможность зрителю внимательно рассмотреть изменения, сиюминутно происходящие в Мадлене. В глазах проступает отчаянье. Жесты становятся более резкими, взметнувшиеся руки опускаются так и не завершив задуманного движения, она то ли колеблется, то ли пытается совладать с собой.



Актриса рассеянно смотрит куда-то в пустоту, собирается с мыслями и… сдается. Тело становится мягким и податливым, больше не будет борьбы терзаний, страданий. Женщина принимает реальность, как данности и не намерена больше ничему противостоять. Она уходит раздавленной и побеждённой.

 

В следующей сцене, зритель видит Мадлену спустя годы, от красоты не осталось и следа, растрепанные волосы падают на лицо из-под черного шарфа. Глаза больше не излучают ничего, кроме ужаса и безумия. Женщины двигается хаотично, будто не знает к чему прислониться, где спрятаться от терзающих страхов, как обрести покой.
Анна осторожно работает с образом безумной, она чувствует очень тонкую грань, перейдя которую можно скатиться в фарс и пародию. Мадлена в её исполнении вызывает жалость и сочувствия, но не смех.

 

Обезумевшая женщина покинет мир живых, чтобы приходить к Мольеру в образе видения. Снова прекрасная, сияющая, излучающая спокойствие, она будет едва касаться плеча возлюбленного, то ли призывая его к себе, то ли дарую минуты покоя.

 

Игорь Миркурбанов с легкостью отказывается от наработанных годами приемов и предстает перед публикой совсем иным. Таким беззащитным, трогательным и нежным московский зритель его еще не видел. Жан-Батист де Мольер пытается быть собой, но жернова оказываются слишком прочными и размалывают художника.

 

Мольер Миркурбанова порой немного трус и лицемер, который показательно чествует короля, не гнушаясь воспевает ненавистного правителя в своих одах, сам же чувствует при этом омерзительную беспомощность. Каждый благословляющий кивок Людовика, для Мольера схож с плевком в душу, ненависть к тирану переполняет и порой он не может скрыть сарказма и отвращения.

 

Жан-Батист лукавит, когда говорит, что всего лишь хочет творить, он хочет менять мир, делать его лучше. В мечтах художника нет тирании и гнёта церкви, он высмеивает в своих комедиях пороки двора для того, чтобы изжить их.

 

Потеряв Мадлену, Мольер теряет связь с реальностью. Мир начинает рушится, будто землю выдернули из-под ног. Из язвительного, острого на язык актера постепенно проступает образ старого, очень утомленного и разочарованного человека. Смерть Мадлены, несправедливость мира, предательство и гнев короля уничтожают в нем все силы.

 

Заговор обиженного на пьесу «Тартюф» кардинала удался, Жан-Батист из самого известного и почитаемого двором актерам превращается в изгоя. В свои последние мгновения художник лишается страха, обида переполняет сердце, он не понимает за что низвергнут, за что лишен всего? Разве не он так воспевал монарха? Почему же его выбросили со двора, словно больную собаку?

 

Мольер буквально сжимается на полу, даже не пытаясь вступить в схватку с королевским мушкетером, он излучает не страх, но отчаянье. Игорь Миркурбанов смотрит в зал с какой-то пронзительной болью, кажется сейчас у него и правда остановится сердце, слезы медленно стекают по лицу. Щемящее чувство беспросветной тоски наполняет зал. Мольер растоптан. Так невежество побеждает искусство, страх – свободу, тиран – свой народ.

 

Спектакль Павла Сафонова заканчивается не смертью Жана Батиста, в реальности полу сна полу яви оживают герои пьесы, надев маски они продолжают вращаться на сцене. Театр вечен, уходят одни, приходят другие, спустя века отверженные снова взбираются на пьедестал, то что отрицалось, становится горячо охраняемой классикой.

 

Мир не стоит на месте, но кажется режиссер хочет остановить бесконечный круговорот хоть на секунду и дать зрителю возможность задуматься, насколько важно ценить не прошлое и будущее, а настоящее, то что всё еще живо.

 

 

 

 

Оставить комментарий

Наверх