Горячие новости

Привкус дыма и стихотворенья…

Поэма без героя

В Гоголь-центре вышел третий спектакль из цикла "Звезда" – пяти историй пяти поэтов.  

«Поэма без героя» переносит зрителя в мир Анны Ахматовой. На этот раз режиссером (в соавторстве с Аллой Демидовой) и сценографом одновременно, стал художественный руководитель театра, Кирилл Серебренников.

 

«Поэма без героя» по сути настоящий моноспектакль Аллы Сергеевны, она, как автор книги об Анне Ахматовой очень хорошо чувствует ткань спектакля, оборачивается в неё, словно в газовый шарф.

 

 

Сцена представлена в неизменной для цикла форме звезды. Превалирует черный цвет, на переднем плане серебряные тонкие штыри с крошечными лампочками на концах, в центре лестница, плавно ползущая вокруг опрокинутого стола. Стол затянут белоснежной тканью, с которой перекликаются неоновые буквы надписи на заднике сцены – Deux conservat omnia.

 

 

Этот девиз графов Шереметьевых означающий «Бог сохраняет всё» сопровождал Анну Ахматову на протяжение всей её жизни. Белая ткань будет сброшена со стола.  Под ней окажется зеркало, в свою очередь под которым окажется неровно сбитая поверхность, ближе к концу спектакля из небольших щелей между не аккуратно сколоченными досками в зал будет пробиваться теплый мягкий свет.

 

Так и весь спектакль, среди тяжестей и невзгод, несправедливости и жестокостей жизни будет просачиваться ощущение счастья, урывками достающегося поэту, но всё-таки достающемуся.

 

 

В самом начале спектакля, Алла Демидова рассказывает, как гроб с телом Анны Ахматовой перевозили из Москвы в Петербург в наспех сколоченном деревянном ящике, который был настолько громоздким, что не хотел входить в автобус. Взгляд сразу падает на сцену, где из таких же несуразных, окрашенных в черное, конструкций из досок появляются арфы. Тонкие нежные музыкальные инструменты, которые скрывались за грубой обшивкой, вливаются звуками в повествование.

 

 

История Ахматовой раскрывается Аллой Сергеевной очень осторожно, актриса не пытается перевоплотиться в поэта, она, словно архивариус, листает старые пожелтевшее страницы памяти, аккуратно перекладывает фотографии, показывает пожелтевшие пленки. Демидова одновременно и внутри истории и смотрит на всё со стороны. Как любой талантливый историк, она сразу и участник событий, и бессловесный наблюдатель.

 

Кирилл Серебреннеков так выстраивает действие, что в этой работе (в отличие от двух предыдуших спектаклей проекта «Звезда») не чувствуется тяжелого дыхания смерти. Со сцены звучат стихи Ахматовой, пережившей арест, расстрел Гумилева, арест сына, бесконечные хождение по мукам и обивания порогов, замалчивание, травлю, цензуру, но они полны сил и надежды, на победу сил добра. 

 

 

Алла Демилова создает образ Ахматовой легкой, нежной, трепетной женщины, не лишенной силы, но полной какого-то искрящегося света.  Порой кажется, что тепла, исходящего от строк её стихов хватит, чтобы обогреть всех страждущих, и строгое лицо вождя народов, глядящее в зал с экрана, опустившегося на заднике сцены, не сможет ничего изменить.

 

 

 

 

Другие материалы в этой категории: « Вся жизнь в искусстве Прощаясь, не проститься »

Оставить комментарий

Наверх