Горячие новости

Князь

Князь

16 апреля в театре Ленком состоялась премьера новой работы Константина Богомолова.

Режиссер обозначил жанр спектакля, как «опыт прочтения романа Ф.М. Достоевского «Идиот», речи не идёт ни о классической постановке, ни о воплощении на сцене образов, прописанных в книге. Спектакль Богомолова – не иллюстрация романа, это очень серьезный болезненный разговор о детях, насилии, уничтожение человека, с опорой на тексты Достоевского и Томаса Манна. Режиссер лавируют между «Идиотом» и «Братьями Карамазовыми», добавляет вкрапления «Смерти в Венеции» и «Бесов», вплетает в сюжет песни из советского детства и, звучащий как-то особенно пронзительно, свадебный вальс из фильма «Мой ласковый и нежный зверь».

 

Создаётся ощущение, что Богомолов всеми силами старается достучаться до очерствелого общества, которое день ото дня губит собственных детей, сжигая их, как Фердыщенко никому ненужную крошечную одежду в камине. Это самый тяжелый и страшный спектакль Богомолова, тут нечему улыбаться, не над чем смеяться, во время длинных пауз по спине пробегает холод, мягко ужас окутывает тело и увлекает в пропасть.

 

Здесь за каждым актером не закреплена конкретная роль, они переходят из одного состояния в другое, финальный монолог Александра Збруева про смертную казнь и откровение о гибели ребёнка окончательно смещает акценты и делает его ключевым персонажем спектакля.

 

Ленкомовская труппа хватается за ритмы Богомолова, как утопающий за соломинку, чувствуется, как талантливые возрастные актеры истосковались по интересной многоуровневой работе, для них молодой режиссёр - глоток свежего воздуха. Они вкладывают душу в произносимый текст, отчего еще сильнее сгущаются краски мира спектакля.

 

Не очень уверенно на фоне остальных выглядит Александра Виноградова, хочется списать её зажатость на волнение от первых показов, скорее всего, спустя несколько месяцев она прибавит и образ девочки Насти станет более чётким.

 

Константин Богомолов выступает в роли князя Мышкина (Тьмышкина), он играет самозабвенно отважно и отчаянно, черные краски в образе проступают практически сразу, он вызывает не столько жалость, сколько отвращение на физиологическом уровне. Эпилептический припадок выглядит чересчур натуралистично, вообще этот «князь» слишком жизненен в своих эмоциях и пороках. За его попытками спасти Настеньку читается истинное желание, в образе благородного господина проступают белые нити, грубо и наскоро заделанных швов. Богомолову удается влиться в актерскую команду, он не блекнет на фоне звёздного состава и держит планку на должном уровне. Актёрский талант Константина позволяет ему быть играющим режиссером, вряд ли кто-то смог бы настолько точно передать задуманный образ.

 

Александр Збруев в этом спектакле обладает каким-то сумасшедшим магнетизмом, он держит бесконечно долгие паузы, и кажется зал (весьма беспокойный местами) перестает дышать вместе с ним. Актёр молча смотрит вдаль, слушает играющую фоном музыку, размышляет вслух, и в этом бездействии зрителю передаются его эмоции, переживания, желания. Не нужен крик и вычурные жесты, ощущение, что Александр Збруев говорит душой, сердцем, будто какой-то невидимой субстанцией наполняет зал, перекачивает своё состояние в каждого смотрящего и слушающего.

 

Пространство сцены по традиции создано Ларисой Ломакиной, белые стены пытаются раздавить маленько человека. Аскетичная обстановка, стулья, стол, в самом начале на сцену выкатят железную решётку, за которой будет стоять девочка, маленькая хрупкая и доверчивая. Во втором акте появляются деревья в кадках, свет падает на листья и создаётся эффект, будто роща качается на ветру. Неизменен только портал камина, он растёкся черным пятном на выбеленных стенах, камин приковывает взгляд хочешь ты того или нет, он как путь в другое измерение. Здесь нет экранов, но иногда субтитры расползаются по штукатурке, на ней же появляется удивительной красоты портрет маленькой девочки, с фарфоровым кукольным личиком (а не кукла ли это на самом деле?). Под сводом потолка парит синий шарик, который упустит Настасья Филипповна в день своего рождения, сценография дополняет текст, именно так выглядит замученное истерзанное детство.

 

Князь – не развлекательное зрелище, это спектакль – крик, попытка обратить внимание на проблему, о которой никто никогда не хочет говорить. Всем неловко, всем неприятно, все относят тему насилия, в том числе и сексуального, над детьми к табу. Кто-то должен был начать первый… Спасибо всей команде спектакля за смелось, откровенность и искренность.

Долгих лет жизни «Князю», такие спектакли должны быть, о проблемах нужно говорить, а не замалчивать.

 

 

Другие материалы в этой категории: « Женитьба Фигаро Возвращение домой »

Оставить комментарий

Наверх