Горячие новости

Свобода у каждого своя

Месяц в деревнеМесяц в деревне
Театр-Театр, Пермь

Номинации на Премию Золотая Маска 2018:
Драма / спектакль малой формы
работа режиссера (Борис Мильграм)
женская роль (Анна Сырчикова)
мужская роль (Александр Гончарук)

 

фотограф Тимура Абасова

 

 

В рамках конкурсной программы Золотой Маски 2018 на Новой сцене театра им Вахтангова прошли показы спектакля Бориса Мильграма (г Пермь «Театр-театр») «Месяц в деревне» по одноименной пьесе Ивана Тургенева.

 

Пока зрители занимают свои места в зале, на передней части сцена, затянутой белой тканью, под аккомпанемент рояля Ракитин в безупречном концертном костюме беззвучно читает Наталье Петровне «Граф Монте-Кристо». Молодая белокурая женщина (Анна Сырчукова), бесшумной походкой перемешается между пятью табуретами, расставленными в форме пентагона. На ней черное платье в пол, рукава из полупрозрачной телесной ткани расшиты темными цветами, алые туфли на каблуках стоят где-то недалеко от неё.

 

Наталья Петровна (удивительно красиво сложена, выразительные голубые глаза, полные губы, мягкая линия щек и светлые локоны, небрежно выбивающиеся из прически, делают женщину схожей с изображением ангелочков на открытках. Её красота теплая и какая-то домашняя, не смотря на парадное облачение. Но первое визуальное впечатление крайне обманчиво. Как только погаснет свет, пространство пронзит голос оживившейся женщины. Властная, переменчивая, капризная и резкая в выражениях, она будет колоть несчастного Ракитина каждым словом.

 

Актриса, ежесекундно переходит из одно состояния в другое, то она беззастенчиво заигрывает с залом, вступает в прямой монолог с публикой, шутливо заламывает руки, порывисто произносит текст, то вдруг становится настолько серьезной и трогательной, будто всей предыдущей игры – пародии не было.

 

Рисунок роли прописан с математической точностью и Анна Сырчукова ни на секунду не выпускает всех формул из головы, её работа кажется образцовой. Она наглядно демонстрирует, как можно сочетать комичное и серьезное, внутреннее и внешнее, играть или чувствовать сердцем. Кажется, иногда актриса смотрит на Наталью Петровну со стороны, посмеивается над ней, а иногда настолько искренни сопереживает, что срастается со своим персонажем в единое целое.

 

Борис Мильграм разделил пространство сцена надвое, первая часть – концертная площадка, где бушуют страсти, льётся слезы переживаются яркие эмоции. Абсолютно белое пространство, ограниченное двумя стенами по бокам, ассоциируется с экраном в кинотеатре. Оно само, изначально, провоцирует на какую-то «историю», намекает что именно здесь вот-вот что-то случится.

 

На задней части сцены выстроена труба из прозрачного слегка матового стекла. Эдакая оранжерея с идеальными климатическими условиями, где насажены диковинные растения и постоянно мелькают люди. Человек за стеклом – мягкие очертания в тёплом свете, лицо его размыто и расплывчато. Невозможно разглядеть, говорит ли, молчит ли кто-то, пока он буквально лбом не прижмётся к стене трубы - тонкой преграде, разделяющей два совершенно разных мира.

 

В «оранжереи» царит покой, там мир, тёплый дом, размеренная жизнь в который нет места вспышкам эмоций. И люди одеты там просто, в светлые мягки платья, свободно обтекающие тела. Как только Верочка выходит из этого надежного убежища, сталкивается со всеми оттенками чувств Натальи Петровны, испытывает сердечные терзания и глубоко переживает случившееся. Она облачается я алое облегающее платье и высокие красные сапоги на каблуках, взамен своего белоснежного легко свободного платьица и мягких балеток.

 

Так же и Беляев, вплетенный в интригу и ощутивший горячность любви затягивает себя в узкий (не совсем по размеру) пиджак, сковывающий движения, лишающий свободы. В то время, как Наталья Петровна делает обратное – снимает концертное платье и облачается в свободную белую рубашку. Герои движутся по направлению к друг другу, но точки пересечения не происходит, у каждого из них свое понятие свободы. Они стремятся сбросить оковы, примеряясь к мирам друг друга. Беляеву кажется, что светская жизнь, большой дом, богатство способны разбить оковы, Наталья Петровна пытается уйти от строгих регламентированных этикетом рамок, в которых существует с детства.

 

Она – оранжерейное растение, привыкшее к порядку, покою, не знающее засухи и ветра, стремиться на волю. Учитель же, словно дикий сорняк, пробивавший асфальт «головой», хочет, как раз тишины и безопасности. Возможно в этом его счастье – жить и не терзаться.

Так летевшие на встречу друг другу, но разминувшиеся герои расходятся по разным сторонам. Беляев уезжает, а Наталья Петровна, скорее всего, вернется к привычному укладу жизни.

 

В последней сцене спектакля, герои – обитатели дома, перемещавшиеся в той части сцены, которая отделена стеклом, вырываются из своей оранжереи и выходят на основную площадку. Они рассаживаются на табуреты, их спокойные лица и простые светлые наряды говорят о том, что поток бушующих страстей иссяк. Теперь и здесь нет места «концертам», впереди размеренная тихая жизнь.

 

 

 

 

Другие материалы в этой категории: « Бурлящий поток чувств Рабство в XXI веке »

Оставить комментарий

Наверх